Улики
Всё, что дети нашли за тринадцать дней. Каждая улика — из своей серии.
Улика № 1. Снимок 9×12. 20 июня 1974 года, забор Буровых. Снимал Геннадий Гвоздикин. Конверт с негативами подписан Ирой в тот же вечер.
Ты меня помнишь?
Улика № 2. Контактный лист, 36 кадров. Снимала Ира Гвоздикина вечером 27 июня 1974 года: улица, колодец, витрина сельпо, палисадник, крыльцо Синицыных. Проявила и отпечатала 28 июня, в чулане, при красном фонаре.
Трещина в плёнке
Улика № 3. Накладная № 0417 от 4 августа 1972 года. Станция назначения — Васкелово. Груз — «катушка, 1 место, 640 кг». Получатель — «п/я 14». Груз принял В. Кожин. Нашлась в фанерном ящике с бумагами семьи Кожиных.
Металлическая пыль
Улика № 4. Первая страница из кожаной папки гостя из Ленинграда. Отпечатано на машинке 30 июня 1974 года. Шестая строка дописана от руки.
Гость из города
Улика № 5. Читательский формуляр Ирины Гвоздикиной из библиотеки клуба. Все записи — одной рукой, ровным круглым почерком. Строка «Библиотекарь» пустая. Директор клуба Василий Фомич уверен, что выдавал книги сам.
Те, кто помнят
Улика № 6. Копия карты из полевой сумки гостя из Ленинграда. Калька, карандаш, пометки на полях — чернилами. Дима вытащил её 2 июля на поляне у старой вырубки. Гость пропажи пока не хватился.
Отражение в тумане
Улика № 7. Обрывок любительской киноплёнки с чердака Сомовых, восемь кадров. Плёнку снимал Колин дед в 1959 году. Коли на ней быть не может: его тогда ещё не было на свете. Первые три кадра — пустые, серые. На последних пяти — мальчик в панаме набекрень, лица не разобрать. Рука у него на каждом кадре то выше, то ниже: он машет. Плёнка лопнула в проекторе 3 июля, днём. Обрывок — у Иры.
Запах плёнки
Улика № 8. Пропуск в «почтовый ящик 14» и бумажный ярлык на крышке жестяной коробки с киноплёнкой. Пропуск выписан лаборанту объекта «Кадр». Графы «Фамилия» и «Имя, отчество» пустые, строка для подписи — тоже. На фотографии — только серый фон. Ярлык подписан от руки: «Кадр. Подвал. 1971». Пропуск и коробка — у Нади.
Последний кадр
Улика № 9. Листок из Ириной тетради в клетку. Расшифровка разговора, который команда подслушала 5 июля в семь вечера через «пиявку» на телефонном проводе сельсовета. Записано карандашом, на слух. Где Ленинград говорил неразборчиво, так и записано. Листок у Иры.
Металлические уши
Улика № 10. Отпечаток 10×15 с кадра киноплёнки «Кадр. Подвал. 1971». На кадре — лист, приколотый к доске, и на нём план подвала дома физиков, нарисованный от руки. Подписи — почерком Татьяны Скляровой. Ира напечатала кадр с негатива 6 июля, в чулане отца. Отпечаток висит в штабе, плёнка — у Нади.
Запертая дверь
Улика № 11. Страница из дневника Сергея Логвиненко, кузнеца, — та, что начинается словом «Петьке». Петя вырвал её в ночь на 6 июля, не читая, и два дня носил сложенной вчетверо в нагрудном кармане отцовской куртки. Химический карандаш, 9 августа 1972 года — за три дня до аварии. В одной строке — пустое место на целое слово.
Американский след
Улика № 12. Две катушки магнитной плёнки. Слева — «Вера, 1972», наклейка рукой Орлова. Её он оставил на тумбе в подвале, когда ушёл под землю, а вынес её Петя. После пуска на ней только шум, ровный, как дождь. Справа — катушка из магнитофона, который пастух нашёл 13 июля в кабине молоковоза дяди Гоши. Наклейки нет. На ней — голос Саши: «Мы уже под землёй. Здесь их больше, чем трое». Саша этого не записывал.
Аппарат